В предыдущей статье мы упомянули все Никольские храмы, расположенные в черте самого Ярославля. Настала пора поговорить о каждом из них в отдельности. Благо великий угодник Божий сохранил их все до наших дней, и мы имеем возможность любоваться неповторимой красотой каждого из них, молиться в них, если сподобил Господь побывать в древнем городе на Волге, ощущая свою сопричастность к нашей богатейшей и древней истории.

Сохранны также и документы 18-19 столетий, архаичный язык которых невыразимо прекрасен и не менее глубоко погружает в ушедшую эпоху, нежели посещение самого храма и даже молитва внутри его стен.

И какой бы Никольский храм Ярославля мы ни взялись описывать, наша тема – ктиторы земли Ярославской, по-прежнему остаётся для нас главной, ибо нет в этом древнем городе ремесленников и торговцев ни одного храма, возведенного без участия представителей купеческого сословия.

В 60-70 годы 17 столетия на месте старого деревянного строится новый каменный храм. Заказчиками этого строительства становятся купцы Афанасий Лузин и Андрей Лемин, а также посадские люди, которые зачастую всем миром возводили рядом со своими жилищами дом Божий. В случае построения храма Николы Мокрого история донесла до нас и имена некоторых посадских людей храмоздателей. Это Фёдор Выморов и Степан Тарабаев.

Но откуда такое название, почему храм Николы Мокрого? Тут есть несколько версий. Одна из них говорит нам о двух ручьях, протекавших когда-то у стен будущего храма и давших ему это имя. Другая связывает название с одним из чудес святителя Николая и издревле существующей иконой Николы Мокрого. Чудо это также представлено на фресках Николо-Надеинского Ярославского храма, о котором речь шла в нескольких предыдущих номерах нашей газеты. Предыстория чуда святителя Николая рассказывает о молодой матери, которая, отправляясь в Вышгород на богомолье, уронила в воды Днепра своего грудного младенца. Казалось, бедное дитя сгинуло на веки в водах могучей реки. Но святитель являет чудо и младенца находят в стенах Софии Киевской, где он возлежит в мокрых пеленах под иконой Николая Угодника.

Возведенный в годы царствования Алексея Михайловича и патриаршества Никона, храм имел стоявшие у столпов резные монаршее и патриаршее места, также сохранившиеся до наших дней и находящиеся ныне в храме Илии Пророка. Они были перенесены туда в 20-е годы прошлого столетия, вскоре после переворота, и предназначались в качестве экспонатов для нового Музея антирелигиозной пропаганды.

Настенная роспись внутри храма Николы Мокрого не менее богата, нежели монументальная живопись храма Николы Надеина, но если в Надеинском преобладают сюжеты жития и чудес самого Угодника Божия Николая,то в Николо-Мокринском храме фрески написаны на самые разные сюжеты. Это и изображения ветхозаветных пророков, и отцов семи вселенских соборов, и благоверных русских князей, и сцены из апостольских проповедей, и чудеса Николая Угодника, и грандиозная сцена Страшного суда. Росписи осуществлялись русскими художниками, а три медных паникадила, изукрашенные орлами, созданы голландскими мастерами.

Но обратимся к ранее обещанным старинным источникам. Это “Краткий путеводитель по церквам Ярославля”, выпущенный в 1887 году, а также издание 1874 года “Церкви Ярославля в 1781 году. Записка ростовского архиепископа Самуила Миславского, представленная наместнику Мельгунову “. Первый источник сообщает нам следующее: “В Земляном городе… каменный холодный храм во имя святителя и чудотворца Николая, именуемый мокровским, построен на месте прежнего деревянного в 1665 году. В церкви сохраняется храмозданная грамота, данная Ионою, митрополитом Ростовским, священнику Иоанну Дранникову, с приходскими людьми, которою благословляет: “по указу великого Государя царя Алексея Михайловича, по обещанию прихожан, поставит царское богомолье: холодную церковь каменную во имя святителя Николая Чудотворца, да к той же церкви два придела во имя святого Алексия митрополита, московского чудотворца, да святой великомученицы Варвары”. Эта грамота дана в Ростове, лета от Рождества Христова в 1665-м году, в шестой день августа. Главный храм, во имя святителя Николая в 1672 году, июня 14. При нем приделы: первый святителя Алексия, освящен 1672 года июня 23, и второй великомученицы Варвары, 1682 года 2 числа.

Храм этот существует и поныне. Он весьма замечателен по своей архитектуре: главная церковь увенчана пятью главами, окружена с трех сторон обширную папертью, к которой с западной стороны приделан крытый вход; на конце паперти, к востоку, с обеих сторон возвышаются две шатровидные башенки, которые, как и колокольня, украшены муравлеными израсчатыми поясами, с фигурными арабесками. В башенках помещены придельные храмы: на правой стороне во имя святителя Алексия, митрополита московского, а на левой великомученицы Варвары. Внутреннее благолепие Никольского храма не уступает наружному. Алтарь разделен, как и во всех древних храмах, на три части. Он украшен, как и стены церковные, священными историческими изображениями. Иконостас, устроенный в несколько ярусов, заключает в себе много древних икон, украшенных дорогими окладами. В иконостасе и на первом столпе храма особенно замечательны иконы Николая Чудотворца и Тихвинской иконы Божией Матери, они в богатых ризах. Пол храма из красного мрамора… Церковь Николо-Мокровская прежде была приходскою, ведомства епархиального, ныне же она состоит в ведении обер-священника армии и флота”

Следует пояснить, что в конце 19-го столетия храм Николы Мокрого был передан военному ведомству и с 1892 года являлся храмом расквартированного в Ярославле Фанагорийского полка.

Более старое свидетельство о приходе храма Николы Мокрого относится аж к 18-му столетию. Оно рассказывает нам о колоколах, крестных ходах, знаменитых прихожанах и о численности прихода Николо-Мокринской церкви: “Колокольня каменная при холодной церкви не отдельно при паперти, вышиной в шестнадцать сажен; на ней колоколов одиннадцать: первый 350, второй 170, третий 120, четвёртый 60, пятый 40, шестой 10, седьмой 7, осьмый 3, девятый 2, десятой 1 пуд и одиннадцатый 30 фунтов…. В храмовый праздник 6 декабря, по званию прихожан, бывает за литургию из собора крестное хождение с четвёртою частью градских свяшенноцерковнослужителей. Довольствуется оная церковь подаянием приходских людей; в церковь доходы на церковные потребы бывает от сорока до пятидесяти рублей в год. Священноцерковнослужители довольствуются от прихода одним только добровольным подаянием; особливой руги и других доходов, также лавок и земель, нет.

Приходских дворов 95, в них жителей мужеска пола 265, женска 223, обоего пола 488 душ.

В сем приходе находится полотняная мануфактура, содержатель оной Ярославский 1-й гильдии купец Иван Дмитриевич Затрапезнов жительтствует в том же приходе”.

А в заключение добавим, что храм был закрыт в конце 20-х, использовался под склад, претерпел многие утраты, но был возвращен верующим в начале 90-х годов 20 века.

Кобленц-Никифорова Анна Александровна, искусствовед,

постоянный лектор Николо-Сольбинского женского монастыря,

лектор Музея предпринимателей, благотворителей и меценатов в Москве,

экскурсовод паломнической службы общины Преображения Господня в Старом Беляево (Москва)